Ломаченко-Номасченко. Александр Беленький – о главном поединке выходных

В субботу в Нью-Йорке в бою двукратных олимпийских чемпионов победил обладатель титула WBO в категории до 59 кг и теперь уже точно лучший боксер во всех весах украинец Василий Ломаченко. Его противник, беглый кубинец Гильермо Ригондо, тоже великий боксер, после шестого раунда отказался от продолжения поединка, сославшись на травму левой руки.

Гильермо Ригондо может сколько угодно делать вид, что под бульдозер попала только одна его левая рука, но на самом деле под бульдозер попал он весь целиком. А зовут этот бульдозер – Василий Ломаченко.

Честно говоря, я плохо понимаю, когда Ригондо травмировал руку. Он ею практически не попадал. Пару раз ударил ниже пояса – может быть, там наткнулся на что-то железное? А что? Вполне мог.

Если отставить шутки в сторону, то можно сказать, что Ригондо впервые в своей профессиональной карьере (да и любительской, пожалуй, тоже) столкнулся с противником, который его понимал, от «а» до «я», а сам он его не то чтобы не понимал, может быть, и понимал, наполовину, но не поспевал за ним.

Смотреть бой было интересно, а пересказывать его – это как ведать миру о том, как кто-то пил молоко мелкими глотками. Пил, пил – и выпил. Вот и весь сказ. Только молоко кончилось как-то уж очень внезапно.

Бой начался даже не с разведки, а с разведки того, можно ли здесь что-то разведать. Оба были крайне осторожны. Ригондо попытался ударить слева (оба – левши). Получилось не очень. Ломаченко, в свою очередь, несколько более удачно прощупал защиту Ригондо, главным образом, правыми джебами и левыми кроссами.

После этого, как мне кажется, Ломаченко увидел все, что ему было надо, и более-менее сведущие зрители тоже увидели. Те у кого были какие-то сомнения в том, кто здесь победит, расстались с ними. Не думаю, что Ригондо и в своем лучшем виде смог бы что-то противопоставить Ломаченко, а в 37 лет, боксируя не в своем весе… Впрочем, вес здесь, как мне кажется, не сыграл особой роли. Сыграла скорость. И боевые мозги.

Однако свою роль в этом бою сыграл и еще один момент. Ригондо явно привык к тому, что это он ставит перед соперником задачи, которые тот не может решить, а вот к тому, что противник задаст ему задачи, он оказался психологически не готов: действовал очень прямолинейно и, что называется, телеграфировал свои намерения. Сначала простодушно пытался поймать Ломаченко на левый кросс, потом – на правый боковой. Не получилось толком ни разу. Еще шел на явно преднамеренное нарушение правил. Держал Ломаченко, за что в шестом раунде с него сняли очко, после команды рефери на выходе из клинча пытался как бы случайно на автомате пробить. Выглядело это некрасиво и как-то жалко.

Ломаченко постепенно набирал обороты. Бил джебы по несколько штук подряд, короткие серии с обеих рук. Все время запутывал Ригондо. Тому за весь бой удалось нанести буквально несколько ударов, и ни одного чистого. Кто-то мог себе такое представить, что Ригондо толком ни разу не попадет в соперника? Лично мне, несмотря на то, что я прогнозировал досрочную победу Ломаченко, казалось, что в каких-то эпизодах он все-таки сумеет завязать что-то вроде равного боя, но такого не было и близко. Это было мягкое избиение, грозившее перейти в жесткую порку.

Не берусь утверждать, чужая травма в отличие от своей никогда не болит, но мне все-таки кажется, что именно это ощущение беспомощности и унижения, грозившего перейти в позор, заставило Ригондо сдаться после шестого раунда. Не он первый и, думаю, не он последний. Кубинец стал четвертым подряд соперником Ломаченко, который отказался от продолжения поединка, и у меня не хватает духу как-то порицать его за это. Не дай Бог самому оказаться в таком положении.

Просто дело в том, что и те, кто не боится смерти, боится унижения. Я бы даже сказал, что эти люди часто боятся унижения больше других. Так в далеком уже 1980 году один из самых бескомпромиссных бойцов в истории панамец Роберто Дюран, оказавшись примерно в такой же ситуации, как сейчас Ригондо, отказался от продолжения боя с Рэем Леонардом, сказав, ставшие после этого знаменитыми слова: “No mas” (исп. – в данном контексте «с меня хватит»). Ломаченко в послематчевом интервью сорвал серьезные аплодисменты зала, когда предложил переименовать себя в Номасченко («No mas»ченко»). Что скажешь? Заслужил человек похвалу и от самого себя. Действительно заслужил.

Автор: Александр Беленький

Источник: Советский спорт

Читай также

Эксклюзив