Братья Байсангуровы: «Смерть отца-тренера — для нас огромная потеря. Но это жизнь»

— Режим самоизоляции лишил вас возможности посещать зал, вы также остались без наставника Увайса Байсангурова. Когда планируете возобновить тренировки? 

— 8 апреля отца не стало, — говорит Хасан. — Через 2-3 дня мы уже были дома в Чечне. Похоронили его. В Грозном у нас есть построенный отцом минизал. В нем с братом ежедневно поддерживаем форму. Полноценные тренировки начнем после возвращения в Киев, когда завершится вся эта «вирусная ерунда». А пока все сидят по домам.

— Да, смерть отца — для нас огромная потеря, — добавляет Хусейн. — Но это жизнь. А насчет возобновления подготовки… Сейчас столько информации о вирусе, вокруг него такой ажиотаж, что меньше внимания обращается на другие проблемы. Желаю всем больным выздороветь, но в мире куда больше проблем. Поэтому едва ситуация нормализуется, будем готовы. А пока поддерживаем себя в форме.

— Как справляетесь с последствиями утраты психологически? 

— Пока не могу осознать, смириться с этим, — говорит Хасан. — Я одновременно потерял отца, наставника, тренера, учителя. Но надо жить дальше.

— Держим себя в руках, — заверяет Хусейн. — Ислам учит, что все это естественно — и жизнь, и смерть. На все воля Всевышнего.

— Какие детские воспоминания остались от тренировок отца? 

— Отец развивал нас как физически, так и умственно, — поясняет Хасан. — Считал, что ребенка с детства надо загружать и развивать разносторонне. Акцент на спорт не делал, не считал, что обязательно все должны быть спортсменами, боксерами.

— Он хотел нашего разностороннего развития, — вторит Хусейн. — Совмещали тренировки с учебой, ведь важно не быть дураком. Мы с Хасаном в школе учились хорошо. А в плане спорта нас хорошенько гонял отец. Было тяжелое время, и он делал для нас все что мог. Успевали и учиться, и тренироваться. Спасибо ему за это!

— Расскажите о методике отца «Бокс — это шахматы, а боксеры — гроссмейстеры».

— Методика заключалась в кропотливом труде — пахать, пахать и еще раз пахать. Тысяча или десять тысяч повторений одного и того же, пока не достигнешь совершенства в отрабатываемом компоненте. Папа всегда говорил, что наш конек — это жесткий стиль ведения боя, агрессивность. Одним словом, всегда нужно стараться перебить соперника. Он всегда ставил на выносливость и количество ударов. Бокс — это быстрые шахматы. Отец учил бить так, чтобы не получать в ответ. Он никогда не советовал: «Ударь четыре раза, а пропусти один». Он говорил: «Ударь лучше один раз, но пропусти ноль».

— Отец большое внимание уделял режиму, порядку и трудолюбию, — добавляет Хусейн. — Говорил, что количество должно переходить в качество. Как бы мы не уставали, всегда точно знали, что ни при каких обстоятельства не можем пропустить тренировку. Отец этого не одобрял, и мы не хотели, чтобы он нас ругал за это. Если по технике и тактике бокс сравнить с шахматами, то, при наличии плана на бой, можешь за счет заготовок доставить проблемы сопернику.

— К каждому из вас отец находил индивидуальный подход?

— В плане общефизической подготовки было все одинаково, — поясняет Хасан. — А вот в плане бокса — индивидуально. Он не пытался сделать всех одинаковыми. Если у человека что-то хорошо получалось, он эту «фишку» старался довести до совершенства.

Фото: © «ЮКА Промоушен»

— Отец составлял индивидуальные расписания, — вспоминает Хусейн. — Он очень любил легкую атлетику, уделял ей большое внимание.

— Испытывали дополнительное психологическое давление, зная, что отец будет находится в вашем углу?

— Только в ходе первых 2-3 профессиональных боев, — говорит Хасан. — Я больше переживал из-за того, что на меня смотрят земляки, родственники. У нас принято, болеть за спортсмена всей семьей, и вообще собирается очень много людей  — знакомых, близких… Ныне же, выйдя на ринг, вообще никого не  слышу и не вижу — только свой угол.

— Раньше в детстве переживал, — вспоминает Хусейн. — Не хотел проигрывать на глазах отца. Но со временем это чувство исчезло, присутствие отца уже не особо влияло. Наоборот в его присутствии был более спокоен.

— Расскажите о первой и последней тренировке с отцом. Не отдавали часть гонораров отцу, как Василий Ломаченко?

— Первую тренировку не помню, последнюю помню, когда еще после первой операции он был здоров и чувствовал себя еще очень хорошо, — вздыхает Хусейн. — Прокачивали определенные группы мышц у нас в Киеве. Затем его состояние ухудшилось. Отец с самого детства обеспечивал нас с братом и всю семью. Поэтому в деньгах у меня особо заинтересованности не было. Я, можно сказать, не часть, а весь гонорар ему отдавал. Он лучше знал, куда его направить.

— Первую тренировку не помню, — добавляет Хасан. — Еще когда он по любителям готовил Заурбека Байсангурова, я маленький что-то за ним повторял, рядом тренировался. Последний год отец уже болел и только наблюдал. Не знаю, что Ломаченко отдавал отцу, у нас таких контрактов не было. У нас был общий труд, и его результат тоже общий.

Фото: © «ЮКА Промоушен»

«После пандемии обязательно добьемся чемпионских титулов»

— Промоутор Зяки Юнисов пообещал Увайсу, что даст шанс обоим его сыновьям боксировать за титул чемпиона мира. Уже подписали с контракт «ЮКА Промоушен»? 

— Зяки дружил с папой, они в молодости еще были знакомы, — поясняет Хасан. — «ЮКА Промоушен» организовала в феврале отличный турнир в Питере моему брату. Я должен был драться 24 апреля в Москве, готовился к событию, но из-за ситуации в мире все сорвалось. Конечно же, после пандемии обязательно вернемся к работе и вместе добьемся чемпионских титулов.

Фото: © «ЮКА Промоушен»

— Когда он позвонил и сказал, что хочет вести нас, у отца был первый и главный критерий — доверие и уважение, — добавляет Хусейн. — Если он человека знал, то мог договориться. Я уже провел один бой в феврале,  второй планировался на 24 апреля. Сейчас не знаю, когда возобновятся боксерские шоу. Надеюсь, что турнир, проведение которого запланировано в Москве, состоится, и я буду готов к новой дате.

— Как поддерживаете форму в Рамадан? 

— Пост в Рамадан соблюдаем с детства, знаем как правильно поддерживать форму, как питаться, чтобы не потерять вес или не набрать, какие тренировки проводить, какие мышцы накачивать. Это не составляет особого труда, наоборот пост идет на пользу, а тело очищается. Токсины и все ненужное уходит. Плюс во время всего этого ты легко можешь поддерживать свою форму. Постимся, уделяем внимание духовному развитию, проводим больше времени в молитвах.

— Чем занимаетесь во время самоизоляции? 

— В Чечне режим самоизоляции соблюдается очень строго. Поддерживаем родственные связи со всеми, кто живет в других городах, слушаем онлайн уроки по религии.

— Как считаете, карантин научил людей ценить спортивные зрелища? 

— Да, потому что сегодня зрелищ нет. Меня в интернете даже многие спрашивают, когда вернусь на ринг. Соскучились по боям. Сейчас нечего смотреть, не за кого болеть. Зрители жаждут спортивных зрелищ, а сами спортсмены еще больше этого хотят.

 — Как относитесь к онлайн тренировкам? 

— Не воспринимаю их серьезно, — говорит Хасан. — Привык к реальным, тренер должен находиться рядом с тобой в зале и следить за твое работой, контролировать, исправлять ошибки. Онлайн тренировки могут быть полезны лишь для поддержания формы.

— Наблюдал за такими тренировками, но сам никогда не пробовал, — добавляет Хусейн. — Иногда интересные упражнения встречаются, беру на вооружение и использую.

«В самоизоляции подтягиваем английски», играем в шахматы и стреляем из лука…»

— Чем, помимо спорта, занимаетесь во время самоизоляции? 

— Английский пытаюсь подтянуть, — улыбается Хасан. — Как уж упоминал, религиозные уроки слушаю, в шахматы играю, хочу научиться играть солидно.

— Сериалы смотрю, читаю, больше времени стараюсь проводить с родственниками и близкими, — добавляет Хусейн.

— Какими ресурсами пользуетесь и что покупаете онлайн?

— Через интернет покупал что-то один или два раза в жизни, — рассказывает Хасан. — Еще не освоил эту систему. Мне трудно покупать, не зная, как товар реально выглядит. Люблю ходить в магазин, примерять, рассматривать. Если нужна экипировка или что-то из одежды, прошу кого-то заказать.

— Через интернет последний раз купил лук, оборудование для стрельбы — стрелы и мишени, — говорит Хусейн. — Мишени расставил дома в огороде и учусь стрелять по ним. Уже нормально получается. Мне это нравится, а сейчас как раз на это есть время.

«ММА никогда не сравнится с боксом»

 — Присутствует ощущение, что аудитория профессионального бокса заметно изменилась с развитием ММА? 

— Последние 10-12 лет фанатов ММА значительно прибавилось, — отмечает Хасан. — ММА никогда не сравнится с боксом, потому что там ты можешь выиграть бой разными способами — или за счет ударной техники, или болевого, или удушающего. В боксе задействованы только руки. Бокс значительно умнее и сложнее.

— Бокс всегда ценился и был на высоте, — говорит Хусейн. — ММА хоть и развивается, но какие-бы крутые промоушены смешанных единоборств не существовали, когда проходит мегафайты, вроде Канело-Головкин, или Уайлдер-Фьюри, или Джошуа-Руис, то весь мир знает и смотрит. Супер-звезды бокса зарабатывают сотни миллионов, а в ММА таких гонораров и близко нет.

Александр Готадзе,

Александр Павлов